Куклы в народных костюмах 17 - разбор журнала

Разбор 17-го номера серии от bobcat. Статья о кукле здесь.

Кукла в летнем костюме Рязанской губернии

Скажу честно, этот разбор для меня особенный, очень хотелось бы сделать его необыкновенным, чтобы читатели ахнули, и все это вовсе не из приступа тщеславия, а потому что посвятить я его хочу памяти моего деда. Самого дорого и главного человека моего детства. Он был родом из этих краев, а вот в Рязани никогда не был, не пришлось, далеко от его родной деревни было. 

История Рязани начинается с черниговской колонии, основанная на финской земле. Рязанское княжество не имело сплошного славянского населения, подобно Суздальскому, оно обязано своим существованием системе княжеской колонизации. Историками давно отмечено, что в Рязанской земле получили распространение географические названия, перенесенные с юга: Переяславль (современная Рязань), речка Трубеж и впадающая в нее у подножия рязанского кремля Лыбедь, Вышгород (Выштородское городище на реке Раке, впадающей в Оку выше Прони) и др. Южная топонимика свидетельствует об отливе населения в Рязанскую землю из Среднего Приднепровья, что подтверждается инвентарем некоторых рязанских погребений. Височные кольца с тремя напускными зернеными бусами — излюбленное украшение женщин этнографической группы дреговичей, обитавших в низовьях Припяти и по Березине.

Судя по вещам, обнаруженным в погребениях и при раскопках в Рязани, кривичская миграция происходила из Волго-Клязьминского междуречья, Ростово-Суздальской земли. Выходцы из Смоленщины в XI в. пересекли Клязьму, заселили часть мещерско-муромских земель и с севера достигли рязанских пределов. Узелковые височные кольца с тремя бусинами, сплетенными из крученой проволоки, обычные в северо-восточных областях Руси, встречаются во владимирских курганах.

Для погребальных инвентарей потомков смоленских кривичей типичны и плетенные из нескольких рядов проволоки браслеты с завязанными концами. Итак, Рязанщина осваивалась переселенцами со смоленского запада, тесные связи с которым сохранялись и позднее. Одновременно по маршруту верхняя Волга—Нерль— Клязьма—Ока шло продвижение крестьян-земледельцев с плотно освоенных плодородных ополий Волго-Окского междуречья — Ростовского, Суздальского, Юрьевского— на его периферийные муромские и рязанские территории. Другой колонизационный поток шел из земли радимичей и вятичей. Потомки кривичей и их южных соседей — вятичей образовали впоследствии ядро великорусской народности.

Первое упоминание о Рязани находим в Лаврентьевской летописи под 1096 г., когда изгнанный из Чернигова князь Олег Святославич пошел к Смоленску, и не прияша его смолняне и иде к Рязаню. Следовательно, Рязань как город существовала еще прежде этого года; а как название страны она и прежде и после обнимала большое пространство земель, лежавших по среднему течению Оки, по ее притокам с правой стороны и по верхнему Дону.

Когда же возникла Рязань?

В этом случае мы предлагаем следующую догадку. С тех пор как Муром, на основании поземельного раздела между сыновьями Ярослава I, вошел в близкие отношения к Чернигову, у черниговских князей естественно явилась потребность связать крайние пункты своих обширных владений, централизовать подчиненные рязанские племена и противопоставить укрепленные пункты напору кочевых варваров. Именно около того времени на юго-восточные пределы надвигаются половцы, которые потеснили далее к северу рассеянную Мещеру и раскинули свои вежи до самых берегов Прони. Основание города на Оке в том месте, где она достигает наибольшего юго-западного изгиба, и, приняв Проню, поворачивает на север, бесспорно, удовлетворяло означенным потребностям времени. Вероятно, здесь существовали уже финские поселения; потом пришли русские колонисты, срубили обычный острог и начали собирать ясак с туземцев. Мы едва ли будем далеки от истины, если начало города отнесем к шестидесятым годам XI столетия и основание его припишем деятельности Святослава Ярославича Черниговского. С тем же значением и еще несколько ранее является в истории Курск на восточном краю Черниговского удела. 

С тех пор, как Тмутракань, отрезанная половцами от южной России, исчезает в наших летописях, ее значение отчасти перешло к Рязани, которая также лежала на Русской украйне: младшие безудельные князья, обиженные старшими, – так называемые изгои – находят здесь для себя убежище.

Существует большое количество версий, объясняющих происхождение названия Рязани. 

В ХVШ в. считали, что Рязань - это видоизмененное и перенесённое на новый объект наименование древнерусского города Тмутаракани (В.Н. Татищев, Екатерина II, И.Н. Болтин). 

В первой половине XIX в. Т.Я. Воздвиженский (1822) сближал топоним Рязань с наименованием древнерусской денежной единицы резаны. Еще до прихода южнорусских князей жители Поочья вели торговые отношения с арабскими купцами. Арабская серебряная монета - диргем - для удобства расчета разрубалась на куски - резаны (или резанцы). За резаны же в Поочье слыли и кусочки серебряных монетных гривен арабской отливки в виде четырехгранных прутиков, которые тоже имели хождение в качестве денег. Полагают, что и сами диргемы в Рязанском крае прозывались резанами. Со словом "резан" (резана) и увязывается поименование местности и города. 

М.Н. Макаров (1830) с глаголом резать, мотивируя это тем, что нигде столько не резались, как в кровавой стороне рязанской. Кроме того, и народная этимология производит слово ''Рязань" (Резань) от глагола "резать", поскольку Рязанский край, действительно, испытал на себе жестокую резню во времена бесчисленных набегов кочевников.

Во второй половине XIX в. Н.В. Любомудровым (1874) была высказана версия, согласно которой топоним Рязань возник из наименования одного из мордовских племен - эрзя. Как известно, среднее течение Оки в древности населяли угрофинские племена - мурома, мещера, мордва, меря, черемиса и другие. (Отсюда бы вроде и "Ока" - производное от чудского "йок" или "йокки", что означает "река'', "вода"). 

Древние арабские писатели, рассказывая о населяющих эту местность племенах, не упоминают о мордве, а говорят о народе эрза, арза или эрзань. Очевидно, под этими именами у арабов и были известны мордовские племена. 

Данная версия больше всего заслуживает внимания. Рязань, как славянский город, возникла в IX – X вв. на территории, ранее занятой поселением мордовского племени эрзя. Следы этого мордовского посёлка сохранились в северной части городища; тут же рядом находится могильник, принадлежавший древним насельникам. От названия мордовского племени и произошло наименование славянского города. Рязань – это славянская форма слова эрзань. Так зовёт себя одна из ветвей мордовского народа и сейчас (эрзя в отличие от мокши).

Если же говорить о рязанских князьях, погибших за веру, то изображенный в журнале Черниговский князь не имеет к ним никакого отношения. Героями можно назвать двоих – полулегендарного сына князя Юрия Игоревича (сам князь погиб на стенах города при разорении Рязани Батыем) – Федора Юрьевича, о котором упоминает ДА и Роман Ольгович (племянник Федора Юрьевича) на него был донос, что он хулил хана и его веру, князь был вызван в Орду, там его склоняли к смене веры, а после отказа подвергли мучительной смерти.

Из народных промыслов, пожалуй, самым интересным является скопинская керамика.

Изначально скопинский промысел ничем не выделялся среди множества гончарных центров России. В одной Рязанской губернии к 1911 г. только в сельской местности гончарный промысел развивался в 19 селах и 435 дворах. Им занимались 767 крестьян, производя предметы первой необходимости, нужные в каждом хозяйстве — многочисленные горшки и горшочки, банки для солений и кринки для молока, кувшины и баклаги для напитков и множество другой кухонной и столовой утвари эпохи господства печного отопления.

Весь этот ассортимент, от детской посуды и игрушек до огромных кувшинов для хранения воды, выделывали и в Скопине, где в 1908 г. насчитывалось 47 гончарных мастерских, в которых работало до 200 рабочих.

Были у скопинской посуды и свои особенности, во многом обусловленные качеством местных глин. Несколько крупных залежей в пределах уезда позволяли изучить различные их свойства и возможности. В основном глины были очень пластичные, светложгущиеся, после обжига сосуды выходили звонкие, с белым, желтоватым или розоватым черепком. На таком особенно красиво смотрелся обварной узор — пятнистый, коричневатыми кругами и колечками, напоминающий печеную лепешку. Да и получали его, опуская не остывшее еще после обжига изделие в мучную болтушку, заполнявшую поры черепка, укрепляя его и украшая. 

Применяли скопинские гончары и другой повсеместно распространенный в то время способ обработки поверхности, называющийся томлением или задымлением — обжиг в восстановительной среде без доступа кислорода в коптящем пламени. Он давал красивые оттенки черного цвета, которых, например, в средневековой Москве добивались, предварительно, перед обжигом, покрывая красный по цвету черепок слоем белого ангоба. На таком фоне черные тона выглядели особенно глубокими. Синюшки были более прочными, водонепроницаемыми и декоративными. Добиться результатов можно было только истинно гончарным способом — обжигом в горне или печи, где использовался настоящий открытый огонь. 

Эти древние технологии продержались в Скопине до середины XIX в., хотя в других, более южных губерниях уже производили посуду разноцветную и с блеском — покрытую слоем стекловидной глазури. Она была менее трудоемка в изготовлении, непривычно нарядна и красива, и гончары, которые вывозили свои изделия в другие города и губернии (Тамбов, Воронеж, Ростов, Таганрог, Криворожье), конечно, терпели убытки от конкуренции с этими новинками. (Она моя завлекушка, обливная черепушка — так шуточно пели страдания в Ряжском уезде, соседнем со Скопинским.) 

Здесь настает переломный момент, и мы вступаем в область легенд, преданий, домыслов и догадок.

С началом нового этапа в жизни промысла связана легенда о похищении секрета — неоднократно встречающийся в реалиях того времени сюжет. 

Некий молодой скопинский гончар Федор Оводов, бывший, видимо, человеком очень неординарным — ведь именно он чаще всего является героем легенд — отправился в Липецк, где стал работать помощником в гончарной мастерской. Постепенно он стал пользоваться доверием мастера, ему удалось узнать державшийся в строгой тайне рецепт изготовления и применения глазури. Тогда он бежал, благополучно избежав преследования, и по возвращении в родной город стал успешно использовать его в мастерской отца. Каким-то образом рецепт стал известен другим гончарам, и в городе повсеместно стали выделывать глазурованную посуду. 

Это событие стало началом перемен гораздо более значительных, чем просто смена ахроматической гаммы на многоцветную. Видимо, в это время произошли существенные изменения и в сосудостроении, или сосудотворении, в системе его соотношений. Наравне с привычными — стройными, несколько усредненными, классическими для русского гончарства формами, какая-то часть гончаров начинает выделывать более яркие объемы — не столько округлые, сколько раздутые, перетянутые, как бы перехваченные в шейке. Так, кувшин — один из наиболее сложных и показательных видов сосуда — обретает иные пропорции. 

Скопинские орнаментальные решения практически всегда уводили облик сосуда от чистой сухой силуэтности. Перепадами и наплывами рельефного орнамента, разнообразием его ритмов они старались придать сосуду живописный облик. Не хаотично взрыхлить поверхность сосуда, а создать сочное движение формы. Конечно, у разных мастеров это получалось с разной степенью совершенства, и всегда в скопинском промысле существовали очень простые и непритязательные хозяйственные предметы, без ярко выраженной декоративной составляющей. Но здесь мы говорим о произведениях, выделяющихся своим художественным значением. 

В основе декоративности таких сосудов лежало обостренное чувство формы, но не линейное, а живописное, не строгое, а наслаждающееся его мягкой пластичностью, подвижностью, формы не выточенной, а слепленной, дышащей — когда слышится вздох и выдох глиняного теста.

На приведенных фотографиях видим красоты современной Рязани, древнего Переяславля-Рязанского,вего окрестностях есть много удивительных мест.

Одним из них является древний Солотчинский монастырь, по преданию в него вел тайный ход из самой Рязани, так это или нет м уже вряд ли узнаем, но, то что место упоминается как участник похода Ивана Грозного на Казань - факт, как и то, что это выдающийся памятник 17 века, так называемого нарышкинского барокко.

Одним из чудес этого монастыря является оформление надвратной церкви. Вот церковь - на фото справа.

А вот оформление - на фото слева, удивительно здесь, то что мы видим фигуру святого, выполненного из глазурованной глины, для Европы может и ерунда, а для нас уникальное явление, западное влияние.



а в другую сторону отрязани, знаменитое имение Дервизов, архитектор - мой любимый Ф.О. Шехтель




а уж область и вовсе красотами богата, чего только стоят Муром и Касимов. Касимов - город удивительный, половина - русская, половина - татарская, сейчас это уже не актуально, но по постройкам поразительно




такой там есть минарет




а Муром так и вовсе кружевной


К истории Петра и Февронии хочу только сказать, что по их возвращению княжить спокойно им так и не дали, поэтому они и были вынуждены уйти в монастырь, писали друг другу весточки и договорились умереть вместе, когда князь почувствовал, что дни его сочтены, то известил жену, чтобы и она готовилась, так они и умерли в один день и час, а потом их тела сами приплыли к месту их совместного упокоения.

Костюм нашей красавицы у меня вызывает большие вопросы, не расшитый фартук, парчовая кичка, нашла очень похожий - смотрите на фото справа, но по цветам ничего сказать не могу, скорее всего красный.

Скопинская керамика

скопинская керамика

Нашла кружево про которое написано в журнале,раньше знала только про вологодское...

Михайловское кружево

Михайловское кружево

  • Целое путешествие... в Рязани никогда не была, а теперь вот что-то вдруг так захотелось! :-))
    bobcat, спасибо! Читать гораздо интереснее и познавательнее, чем журнал ДА. :-)

    admin
  • Дополнение от Ledi-biser:

    Немного удивило отсутствие украшений из бисера. Рязанские барышни носили бисерные украшения в больших количествах.

    И ещё о Солотчинском монастыре. Я слышала легенду, что подземный ход из Солотчинского монастыря (который к слову сказать - женский) вёл в Пощуповский монастырь (мужской), стоящий как раз напротив Солотчинского монастыря на другом берегу Оки.

    admin
  • Скопинская керамика

    bobcat
  • скопинская керамика

    bobcat
  • Скопинская керамика особенная, мечтаю купить несколько экземпляров, вот если когда отправлюсь в путешествие в те края... :-)

    admin
  • Нашла кружево про которое написано в журнале,раньше знала только про вологодское...

    Оляля
  • Оляля
  • Красота какая!!

    admin
  • Михайловское кружево

    Оляля
  • Михайловское кружево

    Оляля